— Сейчас, — сказал Игорь. — Это можно. У нас, знаешь, даже курс был специальный — стихи для запоминания, чтобы меньше тосковать по родине. Ну вот, например. Среди пыли, в рассохшемся доме, одинокий хозяин живет. Раздраженно скрипят половицы, а одна половица поет. Гром ударит ли с темного неба или юркая мышь прошмыгнет — раздраженно скрипят половицы, а одна половица поет. Но когда молодую подругу нес в руках через самую тьму — он прошел по одной половице, и весь путь она пела ему.

— Слушай, как волшебно. У вас очень странные стихи. Это ты сам?

— Нет, я только перевел.

— Ой, а прочти в оригинале!

— Вот еще. У нас стихи без музыки не исполняют. Там столько тонов, интонаций… Очень трудно переводить.

— Ну, давай хоть по-русски.

— Спи, Мария, спи. Воздух над тобой до высот небесных полон тишиной. Дерево в ночи — изваянье дыма. Спи, Мария, спи. Пробужденья нет. А когда потом мы с тобой проснемся — разбегутся листья по тугой воде.

— Господи, как странно. И какая тоска. Она умерла, да?

— Почему, не обязательно. Я думаю, она впала в какой-то особенный сон, а потом очнется. Только это будет не там, а где-то в другом мире.

— А как по-вашему Мария?

— Так и будет. Это наше имя. Очень древнее. Большинство ваших имен, собственно, наши, только потом на разных континентах появились разные произношения.

— Погоди. А ссыльные из вашего рая — это только русские или все вообще?

— Да конечно, все. Просто их заселили в одно место, а потом они расплодились постепенно.

— И где это место? В Африке?

— Типа того. У нас разные источники по-разному говорят.

— Ну, еще почитай.

Он перевернулся на другой бок, лицом к ней.

— Над родиной качаются весенние звезды, реки взрываются, любимая моя. Грачи ремонтируют черные гнезда, и мы еще живы, любимая моя. И мы еще живы, и мы еще молоды, берут меня в солдаты, любимая моя, и если ты не сдохнешь от голода и холода, мы еще увидимся, любимая моя. К далекой границе меня посылают, но мы еще посмотрим, любимая моя, и если полковник меня не расстреляет — мы еще увидимся, любимая моя.

— Ну нет, это явно земное.

— Вот и нет, — сказал он. — У нас тоже воевали, только давно. Эта песня — очень древняя, одна из самых. Записана в Черных Горах, это у нас воинственное место. Там такое племя жило — вроде ваших чеченцев. Замирилось последним, до сих пор воинственные традиции целы. Я тебя свожу.

@темы: все про все, стихи